Концерты Записи Интервью Лейбл
Миша (гитара, вокал), Антон (ударные), Дима (бас)
nervion@hiddenrainbows.ru
Концерты
26-27 июня фест Молодость и Красота #2
Демо (HR #14)

nervion-demo.zip
info.txt
Сплит с Violence For Hurley (HR #10)
На этой записи: Миша (гитара, вокал), Серёжа (ударные), Саша (бас)
nervion-violence_for_hurley-split.zip
insert-nervion.jpg
insert-vfh.jpg
lyrics-english.txt
Интервью для зина Anders Leben #3 от 11/03-28/05 2010
1. Привет, ребята! Как настроение?
Миша: Привет. Настроение каждый день меняется, но сегодня хорошее, скоро будет тепло и на велосипеде можно будет ездить без грязи.
Антон: Привет. Настроение в последнее время не очень хорошее. Кстати, сегодня уже 28 мая — думаю, мне стоит об этом упомянуть, потому что Миша написал ответы ещё 11-го марта, а я всё затянул. Время пролетело незаметно, честно говоря. Извиняюсь.
 
2. Чем занимаетесь в данный период времени?
Миша: Я учусь в универститете на политолога, пытаюсь сделать загранпаспорт.
Антон: Я работаю веб-программистом из дома по свободному графику, и практически всё своё время трачу на музыку. Постоянно открываю для себя новые группы, издаю и распространяю записи через лейбл/дистро, мучаю ударную установку и гитару. Ещё я занимаюсь шелкографией дома. Хочу начать на скейте кататься.
 
3. Расскажите историю группы Nervion, часто ли менялся состав?
Миша: Насчет истории даже не знаю, с чего начать. Группу я начал собирать в конце 2006-го. Очень помог Дима Бигус с точкой. Состав менялся раз в полгода, когда-то я сам уходил из-за того, что мне никак не договориться было насчет звучания. Я хотел играть нечто вроде Orchid, Textbook traitors, Rats into robots.
Антон: Расскажу со своего ракурса. Группа Nervion сыграла для меня очень важную роль в жизни. В начале 2008-го года я был сломлен неудачной попыткой переехать в Москву — я проработал там полгода, но не выдержал натиска работы в офисе и отсутствия собственного жилья. Бросил всё и вернулся в Петербург в глубокой апатии, чувствуя себя потерявшимся. К слову, из Петербурга в Москву я уезжал тоже бросив замучувшую меня офисную работу. Таким образом в тот момент из меня получился человек с пошатнувшимся положением в жизни, и озлобленный на то, как меня ограничивают вещи, которыми я занимаюсь то ли из-за нужды, то ли из-за страха оказаться «на обочине». Я пытался найти свободу, питаясь надеждами, которые мне давал окружающий мир, но ничего не получалось.
Музыка всегда была частью моей жизни. Я черпал из неё вдохновение, она мне помогала переживать неприятности и не давала погаснуть любопытству к жизни. Первые DIY группы я услышал благодаря ребятам из Pro’Spect, с которыми я учился вместе в колледже — это был конец 2005-го года, наверное. Я начал посещать концерты с их участием, искать в сети новые группы, но не был активным участником DIY сцены аж вплоть до 2008-го года.
Сейчас основой всей моей жизненной активности является именно интерес к музыке. И именно творчество группы Nervion стало последней каплей и проводником для того, чтобы я начал заново выстраивать своё окружение и свою жизнь — и делать это так, чтобы моё окружение соответствовало мне как человеку, а не наоборот. У меня получилось побороть страхи, которые меня тогда окружали, пережить свои неудачи и самое главное — отбросить надежды на приятную и беззаботную жизнь.
Я уехал вместе с Nervion’м на концерт 1-го марта 2008-го года в Жуковский. После того выступления, я пропустил всего пару концертов группы и вообще стал регулярно ходить и ездить на самые разные концерты. Когда увидел кресты на руках у Миши, я задумался и бросил пить. Из-за песни Machina Animata и комментариям к ней на выступлениях я стал вегетарианцем и чуть позже веганом. Начал заниматься лейблом. Потом я вернулся на свою прежнюю работу, с которой уволился перед поездкой в Москву. И снова работая в офисе, я чувствовал себя уже по-другому — намного спокойнее и проще — потому что у меня под ногами уже был фундамент, выстроенный благодаря всем этим переменам в моей жизни. Невозможно обозначить момент, когда этот фундамент появился, потому что это результат действия многих вещей, событий и мыслей. Точно только можно сказать, что с момента его появления, он начал проходить серьёзную проверку на крепкость, ежедневно и повсеместно натыкаясь на агрессивность окружающего мира.
Непосредственно участником группы я стал осенью 2009-го. В роли вокалиста — заменив Ваню, который покинул группу ещё весной и не попал на запись для сплита. На тот момент у нас не было постоянного барабанщика, потому что Серёжа полностью переключился на игру в группе Niandra, и довольно скоро ушел и басист Саша — остались только Миша и я. Затем мы нашли нового барабанщика. Но в начале декабря под негодования от очередной сорванной репетиции (новый барабанщик не явился), я сел за ударную установку, и мы кое-как сыграли 2 готовые на тот момент песни. Потом мы взяли в группу басиста Диму, начали репетировать, дали 2 концерта с новыми песнями, записали живъём на точке сырое демо. Затем состоялся ещё один концерт, и Дима ушел из группы по собственному желанию. Сейчас пытаемся репетировать вдвоём и найти басиста. Очень хочется снова начать набирать обороты, потому что мне очень нравится то, что у нас сейчас сочиняется.
 
4. Что вас сподвигло на создание группы? Какие группы повлияли на вашу музыку?
Миша: На создание группы что сподвигло, я уже не помню. Мне с детства был интересен панк-рок, а именно на играемый нами стиль меня натолкнула музыка группы Marschak.
Антон: Просто напишу, что часто слушаю в последнее время: Black Kites, Bullets In, Ceremony, Punch, Unbroken, Sandinista!, Montfaucon, Fall Of Efrafa.
 
5. Как вы пришли в сцену, что на вас повлияло на тот период?
Миша: В сцену я пришел первый раз в 2007-м в феврале на концерт Дистресс и Бензольных Мертвецов. Там я увидел людей в спортивной одежде, которые странно танцуют — например, прикасаясь поочередно руками пола, и прочие движения. Опасно с ними рядом танцевать было. Прошло три года, а я так и не понял прикола этих танцев.
Антон: Как я уже упомянул, моей ниточкой в DIY сцену была группа Pro’Spect. Но очень долгое время я не интересовался другими группами в Петебурге и, в общем-то, больше ни с кем и не был знаком. Пока я жил в Москве, я познакомился с группой He Called Himself Jesus благодаря общению с их первым барабанщиком Сашей в сети (он был администратором одного сообщества по обмену музыкой). Потом участники HCHJ приехали в Петербург в гости сразу после наступления нового 2008 года. Тогда и состоялась встреча музыкантов нескольких начинающих петербургских групп с москвичами, где я много с кем познакомился. Ну, а дальше были концерты Nervion’а, где я постоянно фотографировал, знакомился с людьми и группами.
 
6. Что означает название Nervion? Долго ли думали над названием?
Миша: Название ничего не значит абсолютно, название придумывалось на слух. Еще в 11-м классе я играл русский рок на барабанах и предложил группе назваться Нервион, но забраковали-забраковали.
 
7. О чём ваши текста, кто их пишет в группе, хотите ли вы ими что донести до слушателя или это просто личные текста, которые понимают только участники группы?
Миша: Тексты пишу я, и тут двоякая ситуация. У меня очень плохо получается писать прямолинейные тексты, открыто кого-то обвинять, обличать и прочее. Мне по душе запутанная лирика, где надо над чем-то подумать, до чего доходишь не с первого прослушивания. Я никогда не писал тексты так, чтобы их понимал только я, но и это не самый плохой пример лирики, потому что всегда можно очень красноречиво сказать о песне перед её исполнением на концерте. Музыка в диайвай разнообразна, кто-то играет сладж со сложными метафорами, кто-то олдскул хк со своим «один против всех», и это довольно здорово. Вот только понимали бы дийвайщики друг друга побольше.
 
8. Дискография группы?
Миша: Записывали мы только один сплит с группой Violence For Hurley. Я работой не удовлетворен, отчасти из-за того, что релиз издан на диске, которые мне надоели, и мне не хочется это ни оправдывать, ни объяснять. Мне больше нравится винил, вот и всё. Но так или иначе, мы вложили силы в этот сплит, и он для меня что-то значит. Просто я его нечасто слушаю, но звучанием я доволен.
Антон: В начале апреля мы записали вживую трёхпесенное демо и выложили в сеть (можно скачать на сайте группы или лейбла). На физическом носителе (пока?) не издано. Эту запись мы сделали на скорую руку и хотели просто дать понять, что примерно из себя представляют новые песни.
 
10. Расскажите немного про лейбл Hidden Rainbows Records. Что он из себя представляет. Что на нём выходило, что планируется выйти.
Антон: Лейблу уже скоро будет два года. И за всё это время я несметное количество раз задумывался о том, что это такое, для чего, почему, сколько это ещё будет продолжаться, что будет через год или два и т. д. Я много раз менял своё отношение к тому, что я делаю. Но по-моему ни разу не начинал относиться к этому всему просто как к каталогу записей объединённых под одним названием. Мне трудно объяснить, что это всё из себя представляет, честно говоря — отчасти, просто потому что я всегда нахожусь в поиске ответа на этот вопрос. Может быть это какой-то движущийся объект, который периодически оставляет следы. Может быть это проекция моего взаимодействия с окружающим миром, касающегося музыки. И не только музыки. Вообще, я точно могу сказать, что это всё пошло мне на пользу. Можно придумать себе что-то на уме, отправиться в бесконечный поиск истины и запустить процесс критического отношения к своим действиям во время этого путешествия — и вот так из ничего получается довольно полезная штука, которая помогает оставаться «на плаву» в реальности, в которую ты окунаешься, просыпаясь каждый день. При этом результат работы этой штуки будет полезен и другим людям.
Этот лейбл никуда от меня не денется, и я от него. Он лежит у меня где-то в голове, и когда я о чём-то думаю, он даёт о себе знать. Он мой инструмент, вместе с которым я живу свою жизнь.
Что касается планов на 2010 год: Captain Fiasco — Altar Of The Obsession, сплит-7″ Zorka / Brud Krou, тройной сплит Aurora / He Called Himself Jesus / Реклама На Канале Снов, демо Frostbite. Есть ещё кое-какие задумки, но пока я пытаюсь найти финансы хотя бы на то, что назвал.
Я регулярно занимаюсь почтовыми заказами, и всё неплохо получается — дела не затягиваются, люди довольны. Напрягает только сервис нашей почты — все эти заморочки с упаковкой, скептическое отношение к международным отправлениям (у меня просто напросто не принимают их на местных отделениях и приходится ездить на Главпочтампт). Я потихоньку начал просить зарубежные лейблы присылать мне записи на распространение — очень надеюсь, что получится это дело хорошенько развить со временем.
 
11. Много ли вы тратите время на репетиции?
Миша: Наконец-то мы тратим достаточно времени на репетиции. По три часа два раза в неделю. Это очень здорово. Музыка — это работа, где надо усердствовать, когда ты затрачиваешь много усилий, ты вкладываешь себя в музыку и оттачиваешь мастерство, а на концерте мастерство это немаловажно для драйва.
 
12. Сколько примерно у вас было концертов? Где успели побывать, и где вам больше всего понравилось, по дружественной атмосфере, поддержке?
Миша: Не очень много концертов, навскидку если считать, то концертов 20 может. Играли в пригороде Питера, в самом городе, в Мурманске и Москве, и пригороде Москвы. По дружественности — это определенно про Мурманск. Куча школьников на нашем концерте это чертовски здорово, очень хорошая аудитория. Нам есть что им сказать на таких концертах. Абсолютно другая ситуация, где играешь, а на тебя смотрят 25-летние панки, потому что я не считаю себя умнее их, что мне им говорить. А про Мурманск — там очень хорошо приняли, накормили и пр. И город красивый.
 
13. Как музыка влияет на вашу жизнь? Приносит ли она какие-то новые ощущения, чувства? Что для вас в ней главное?
Миша: Не знаю как музыка влияет на жизнь, но музыка это очень важно, я мало чем занимаюсь так серьезно как музыкой, всегда так было. Насчет того, что музыка приносит, так это скорее я привношу в неё ощущения и чувства, и всё же немного мыслей. Так как описывать только свои чувства — больше похоже на селаут эмогруппы, которые нашли профит в новой фишке — выражении своих эмоций. Такое есть и среди диайвай ребят, только вместо денег от лейблов они получают внимание, которое им нужно. Я переживал это всё, но это довольно гнилая ветвь развития музыки.
Антон: Конечно, музыка регулярно будоражит меня. Я безостановочно, систематически изучаю группы и творчество отдельных музыкантов, прослеживая целые дискографии. Пытаюсь уследить, в каких группах играют или играли участники того или иного коллектива, где это происходило территориально и в какой промежуток времени. Всегда очень интересно о чём группа рассказывает через свои песни. И то же самое — только в отношении лейблов. Я, наверное, очень любопытен. Это, наверное, даже энциклопедический интерес какой-то.
Если говорить о прослушивании музыки, то всегда можно найти что-то новое, но ведь не всегда хочется этого нового. Иногда просто в голове болтается какая-то мелодия и целый день пытаешься понять, что это за песня — потом догадываешься, слушаешь запись, радуешься и остаётся только гадать, почему именно она играла в голове. Или просто хочется послушать какую-то конкретную запись — берёшь да слушаешь. Бывает, что охота песню услышать из-за текстов — включаешь и поёшь-орёшь.
Что касается исполнения музыки, то тут можно немного рассказать из личного опыта. С тех пор как я начал репетировать в группах (Nervion и Frostbite), я набрался разного опыта, и в голове пронеслось много новых мыслей. Это всё началось не так давно, поэтому я прекрасно помню, как поначалу мне было не по себе — я всё время возвращался домой в ужасном настроении, потому что на репетициях постоянно срывал голос, мне не хватало дыхалки, я не мог нормально стучать и забывал партии. Всё это до сих пор проявляется в той или иной мере от раза к разу, но я это уже переживаю спокойнее — чем больше трудишься, тем становится проще. И очень круто, когда замечаешь какой-то качественный скачок. Исполнение музыки в коллективе не менее интересно, чем её прослушивание — и это совершенно разные вещи.
В музыке много вещей, которые человек может выделять в тот или иной момент своей жизни — по-моему тут всё очень динамично и индивидуально. Я не вижу ничего главного во всём этом, но про себя могу сказать, что творчество, в котором я чувствую что-то близкое к своему текущему мироощущению, оказывает на меня наибольший эффект.
 
14. Чем занимаетесь в свободное от группы время?
Миша: Катаюсь на велосипеде, хожу на дискотеки, концерты. В общем, то, чем занимаются все люди. Не работаю.
Антон: Наверное, я уже большую часть своих занятий упомянул так или иначе. Мне нравится ездить на концерты в другие города, в парке регулярно бегаю и просто бездельничаю иногда.
 
15. Часто ли возникают конфликты в группе?
Миша: Конфликты сейчас возникают нечасто, я стараюсь срезать острые углы, в данном случае это скорее плюс, но в жизни иногда бывает минусом. Я сразу спрашиваю, нравится ли новый рифф, ритм, ход какой-то, если кому-то не нравится, то придумываем что-то другое.
 
16. Ваше отношение к стрэйт эджу, вегетарианству/веганству?
Миша: Я никогда в жизни не был пьяным, не курил и один раз пил манагу с Балдой в Уфе, но стрейтэджером себя не считаю. Разные позитивные хардкорщики поют про то, что это СХЕ это чуть ли не смысл их жизни, но было бы нечестно говорить, что я так считаю. Это просто здоровый образ жизни, и даже скорее боязнь алкоголя, как штуки, которая изменяет сознание, которая делает из тебя животное. Круто, конечно, что снимается естественная застенчивость, но с ней и интересно бороться своими собственными силами.
Веганизм или вегетарианство — это мой выбор каждого месяца хаха, но мясо и рыбу с сычугом и желатином я не ем совсем.
Антон: Раньше я пил, но не долго, не регулярно и так и не понял зачем. Так зачем же я бросил пить? Употребление алкоголя потеряло для меня всякий смысл — я захотел тратить деньги, силы и время на что-то другое и перестал хотеть тратить их на алкоголь. Я стал скептически относиться к производству, контролю и потреблению алкогольной продукции — привет, капитализм, государство и консьюмеризм соответственно. Про наркотики мне нечего добавить, кроме того, что последствия от них только плачевнее.
По-моему можно спокойно плевать на своё время, здоровье, на всё, что, возможно, было упущенно в жизни из-за собственных зависимостей или слабостей. Для меня дело не столько во всём в этом, сколько в том, что из-за вещей, о которых идёт речь, в конечном итоге больше страдает твоё окружение, чем ты сам — не твоя жизнь, а чужая. Будь то страдающие близкие из-за того, что в возрасте тебя потихоньку начнут резать по кусочкам врачи, или будь то невинные люди, которые втянуты в грязный бизнес. На это я просто не могу закрывать глаза и молчать. Я прекрасно понимаю, что из жизни просто так ничего не выкинуть, что каждый выбирает сам, что большие изменения маловероятны или для них нужно столько времени, сколько нет ни у кого из нас. Я просто пытаюсь прожить своё время как можно в более «оптимальном» для меня виде, ставя под вопрос всё, что мне навязывается извне, исключая на пути то, что мне не нравится в своём окружении — без тех схем, которые мне не подходят. А чтобы их исключать, приходится уходить от готовых решений и пытаться найти свои. И этот процесс всегда очень сложно даётся, потому что пока ты формируешь свою систему, на тебя постоянно давит старая система — это хорошо, конечно, потому что так новая проходит проверку на стойкость. Если я вижу, что моё решение работает и достаточно эффективно — я могу сказать об этом другим людям, чтобы они задумались над своей схемой. Поэтому я рисую кресты на руках и пишу сейчас обо всём этом. Это не очень то и большие дела, но и для этого не всегда находятся силы.
Веганизм создаёт для меня не меньше вопросов, чем лейбл или схе. Для меня эти явления похожи друг на друга в своей основе, и многое что я написал так или иначе подходит ко всем ним. Они все играют роль решений для задач моей жизни, и все выстроены и развиваются во мне из одного корня. И пока они справляются, пока я чувствую целостность — всё будет так.
 
17. Всё ли вас устраивает в современной сцене?
Миша: Мало что не устраивает, потому что легко сделать концерт в другом городе и он пройдет вполне себе неплохо без драк, с хорошей аппаратурой. На что тут можно жаловаться особо. Единственная вещь, которую я совсем не понимаю, это просто идиотизм — это два крутых концерта в один день и в одно время. Не знаю, почему так получаются, то ли по совпадению, то ли потому что организаторы считают «у них своя аудитория, у нас своя». Чертовщина какая-то, в общем.
Антон: Есть много вещей, с которыми приходится регулярно сталкиваться, находясь во взаимодействии с людьми: от безответственности до агрессии. Есть много вещей, к которым существует сильная привязанность: информационная и финансовая системы, государственный контроль, границы. Всё это бросает негативный отблеск на т. н. «сцену», но ведь и не только на неё — на весь мир. Если думать о каких-то больших проблемах, стоит думать глобально, потому что это касается всех. А в своём сообществе нужно всегда работать над собой и над тем, на что можно напрямую влиять.
 
18. Что вы цените больше всего в жизни?
Миша: Сложный вопрос. Всё что в наших руках, мы можем исправить сами, а человеку для удовлетворения большего и не надо. Во всем виновата лень. Так что я лучше отвечу на другой вопрос — больше всего я ненавижу лень.
Антон: Я не знаю. Ценность — это ведь относительная величина. На уровне материальных вещей я мог бы сравнить что-нибудь, но в масштабе жизни — мне нечего выделить. К слову, лень я тоже не люблю.
 
19. Что бы вы хотели изменить в этом мире?
Миша: Я вспомнил одну серию секретных материалов, где кажется Молдер захотел, чтобы в мире не было то ли боли, то ли войн. И все люди исчезли. То что я хочу — нельзя сделать щелчком пальцев, люди останутся прежними, и всё придет на круги своя. Я хотел бы чтобы в России появилось гражданское общество, которое отвечает за свою судьбу, как 20 лет назад. Но это долгий процесс, к которому только может привести исчезновении нужных людям вещей. Но сейчас это массовая поп-культура, телефоны мобильные крутые. Мне когда-то было неприятно раздавать листовки, которые просят подумать, именно таким людям, которым вообще плевать, катись этот мир к чёрту. В общем, сложная ситуация. Реклама — это та же пропаганда, только потребления, покупок. Даже в метро на эскалаторе нельзя от этого уйти и закрыть глаза — звуковая реклама тебя достанет и так. Вспоминая ситуацию 15 лет назад например, довольно фигово думать, что ситуация с рекламой сейчас не управляема кем-то, кроме самих рекламных компаний. То есть, я хочу сказать, что менять нужно так много, столько всего не устраивает, но и над этим надо думать, всё возникало не просто так, а потому что у людей была эта потребность. Ценности окружающих людей довольно сложно поменять.
Антон: Если серьёзно — не могу конкретно что-то назвать. И не могу представить, что я мог бы сейчас изменять такого в мире, чтобы застать результат этого изменения в своей жизни. Я знаю, что могу работать со своим внутренним миром и таким образом влиять на внешний, идти на риск, наблюдать за процессом и тем, что получается. Это всё выглядит как путешествие в никуда. Люди на протяжении всего своего существования познают мир вокруг, копят знания, передают их во времени, используя различные модели и системы (как материальные, так и абстрактные). И люди добиваются чего-то, но эти достижения стоят порой огромной цены. Мне кажется, во время этого процесса часть людей просто охвачена какими-то полуслепыми надеждами, а часть не понимает, что вообще делает. Я отношусь, наверное, ко вторым. Всё это растянуто во времени, а время сильнее нас. Мне кажется, нужно принять это как есть и стараться никогда самому не сдаваться перед этим фактом. Любой вклад несёт в себе что-то. Но не надо ждать от жизни чудес или подачек.
 
20. Любимые группы, фильмы, книги?
Миша: Групп приятных очень много и поп, и поппанк и просто панк. Любимая в 10м классе была Ramones, но сейчас с любимыми завязал.
Мне нравится книга Стивена Кинга «Тело». Книга о американской глуши 50х и жизни 12-летних мальчиков и о их скором невеселом для многих будущем. Для меня эта книга олицетворяет стремление подняться выше, подняться над тем, что тебе пророчат остальные люди, те, кто говорят тебе, что это невозможно. О невообразимой силе воли. Ведь это очень главное качество.
Антон: Я не читаю книги и никогда не читал особо — не могу назвать любимые. Начал вспоминать, что же я всё-таки читал когда-то — вспомнил Стругацких и Лема.
Довольно редко смотрю кино, хотя люблю это дело. Не думаю, что мои знания обширны. Просто перечислю режиссёров, фильмы которых мне понравились, когда я их посмотрел: Джим Джармуш, Фрэнсис Форд Коппола, Тим Бартон, Ларс Фон Триер, Мишель Гондри, Дэвид Кроненберг, Даррен Аронофски, Ричард Линклейтер, Дэвид Линч, Алехандро Иньярриту, Квентин Тарантино, Роберт Родригес, Братья Вачовски, Джулиан Шнабель.
 
21. Планы на будущее?
Миша: Как у тысяч групп — доделывать хорошую программу и отправиться в другие города. Еще хочется разобраться с военкоматом, получить загранпаспорт и посмотреть на мир.
Антон: То же самое. Собираюсь Шенген сделать в ближайшее время. Ещё охота научиться играть на ударных и гитаре всё-таки.
 
22. Большое спасибо за интервью, пару слов напоследок. Удачи вам и вашей группе.
Миша: Спасибо огромное за вопросы, это первое вью. Читателям, меньше ленитесь, больше трудитесь.
Антон: Задумывайтесь о том, на что вы тратите своё время. Не сидите дома в хорошую погоду. Пишите нам, если есть о чём поговорить или что спросить. Спасибо за внимание!